Война и голод – это страшно. Но наши предки хотя бы знали имя своего врага. Мы же умираем от страха перед тем, чего еще нет. Каждое утро наш мозг пытается впитать боль всей планеты через новости и переварить сотню трагедий до завтрака. Итог – хроническая усталость и панические атаки в отпуске.
В нашем интервью вместе с врачом-психиатром районной больницы Михаилом Прудилко разбираемся, почему мозг сходит с ума от бесконечного скроллинга, как сравнивать себя с «лучшими кадрами» из Instagram и не сойти с ума, а главное – как превратить абстрактный страх глобального потепления и ИИ в конкретное действие, которое успокоит нервную систему.
– Если сравнить тревожность у наших бабушек и у современного 30-летнего человека, то в чем принципиальная разница? Их пугали война и голод, нас – что?
– Замечательный вопрос. Разница не в силе страха, а в его объекте. Наших бабушек пугало конкретное и понятное. Война – это когда стреляют. Голод – это когда нет хлеба. У страха было имя и, главное, он был разделяемым, то есть боялись все, и это объединяло. Когда угроза реальна и видна, мозг мобилизуется и знает, на что реагировать.
Нас же, современных людей, пугает неопределенность. «А вдруг завтра я потеряю работу?», «А вдруг муж или жена разлюбит?», «А вдруг моя профессия исчезнет?». Это страхи-призраки. У них нет адреса, по ним не ударить, их не предотвратить одним действием. И мозг зависает. Он крутит эти «а вдруг» как пластинку, потому что не может найти решение. Вот этот бесконечный поиск угрозы там, где ее нет, и выматывает сильнее реальной войны.
– Но согласитесь, раньше и будущее было более предсказуемым. Родился в деревне – работаешь в поле, живешь в городе – идешь на завод. Сейчас у нас свобода выбора во всем. Тогда почему свобода делает нас тревожнее, а не счастливее?
– Потому что свобода – это еще и ответственность. В недавнем прошлом у человека была готовая карта жизни. Он не мучился вопросом «кем мне быть?». Он просто был тем, кем родился. Это снимало огромный груз с психики. Сейчас представьте, что вам каждое утро говорят: «Можешь выбрать все, что угодно, но если ошибешься – пеняй на себя». Такая ситуация вызывает колоссальное напряжение. Мы боимся не выбора, мы боимся ошибиться в выборе. Свобода без внутреннего компаса превращается не в счастье, а в хронический стресс.
Тревога есть у всех. Это не порок, это часть нашей природы. Если она мешает вам радоваться жизни, смеяться, работать и спать – это сигнал. Не терпите.
Михаил Прудилко
– На мой взгляд, в этом парадокc современности. У нас есть еда, тепло, безопасность, но уровень тревоги зашкаливает. Значит ли это, что мы сами придумываем проблемы из ничего? Или есть скрытая угроза, которую мы не замечаем?
– Я бы сказал так: угрозы стали нематериальными. Мы удовлетворили базовые потребности и вдруг обнаружили, что есть потребности следующего уровня – в признании, самореализации, смысле. То есть когда ты сыт и в безопасности, то начинаешь слышать вопросы: «А я достоин?», «А я чего-то добился?». Это не придуманные проблемы, а проблемы роста. И беда в том, что мы не научены с ними работать. Нам показали, как добыть хлеб, но не научили, как жить с этой внутренней болью, когда хлеб уже есть. И получается, что внешне у нас все хорошо, а внутри – пожар. И этот пожар мы называем тревогой. Это не «из ничего», это «из того, что мы не знаем, что делать с собой, когда все есть».
– Кроме этих, есть и другие источники тревоги. Наши предки узнавали новости раз в неделю в лучшем случае. Мы получаем сотню трагедий за завтраком. Как мозг физически переваривает поток смертей, катастроф и кризисов? Он вообще на это рассчитан эволюцией?
– Короткий ответ – нет, не рассчитан. Эволюционно наш мозг приспособлен обрабатывать информацию о своей деревне, о своем племени. Максимум – о соседнем селе. А теперь представьте: мы едим кашу и одновременно узнаем о землетрясении в другой стране, о гибели детей, о войне. Мозг получает сигнал «опасность!», включается тревога. Но эта опасность – за тысячи километров, мы не можем ни убежать, ни победить, ни помочь. Мозг застревает в этом цикле. Он не может выключить реакцию, потому что сигналы продолжают поступать, и каждый следующий подкрепляет предыдущий. Мы как будто пытаемся впитать в себя боль всей планеты, но наш «контейнер» для этого слишком мал. Мы просто переполняемся.
– Почему плохие новости запоминаются и цепляются сильнее хороших? И правда ли, что чем больше мы читаем новости, тем тревожнее становимся?
– Это эволюционный механизм. Для выживания было важнее запомнить, где прячется хищник, чем где растут красивые цветы. Поэтому наш мозг – это машина по поиску угроз. Хорошее он пропускает мимо – оно не критично для выживания, плохое – цепляет сразу. И да, чем больше мы погружаемся в новостной поток, тем тревожнее становимся. Это доказанный факт. Наш мозг не различает: новость случилась в вашем городе или на другом континенте. Для него это просто сигнал «в мире опасно, нужно бояться». Так и живешь в постоянной готовности к атаке, которая, скорее всего, никогда не случится.
– Если я выключу новости на месяц – я стану здоровее или просто отстану от жизни и попаду в опасность? Где баланс между информированностью и самосохранением психики?
– Баланс очень простой. Информированность должна быть дозированной и полезной. Представьте, что новости – это еда. Если вы едите без остановки, вы заболеете. Если вы вообще не едите – тоже. Правило такое: выделите конкретное время на новости, например, 15 минут утром и 15 минут вечером. И только из надежных источников. Все остальное время – информационный детокс. Вы не пропустите ничего важного, поверьте. Если случается что-то действительно критичное – вы узнаете об этом без новостей. А отказ от бесконечного скроллинга спасет вашу психику.
– Сейчас мы живем в ритме уведомлений и дедлайнов. Что происходит с нервной системой, когда у нее нет сезонного отдыха и она всегда «включена»?
– Это огромная проблема. Наша нервная система рассчитана на циклы: активность – спад, день – ночь, зима – лето. Раньше зимой жизнь замирала, человек отдыхал, восстанавливался. Сейчас мы отменили зиму, отменили ночь, потому что даже ночью светятся экраны. Мы всегда на связи, всегда доступны. Нервная система работает без передышки. Это как если бы вы бежали марафон круглый год без остановки. Мышцы бы просто отказали. Так и нервная система – она истощается. Отсюда появляются хроническая усталость, раздражительность, бессонница. Мы забыли, что такое просто смотреть в потолок, ничего не делая. Мы забыли, что такое скука. А скука – это время для мозга переработать информацию и успокоиться. Сейчас у мозга такой возможности нет.
– Часто в общении с другими мамами слышу: дети не вылезают из телефонов, плохо спят и капризничают. Как экранное время у подростков связано с тревогой и когда пора вести ребенка к вам?
– Это очень серьезно. Подростковый мозг – это мозг, который активно формируется. И он особенно чувствителен к тому, что дают экраны: быстрые награды, бесконечный контент, бесконечное сравнение. Когда ребенок проводит в телефоне 6-8 часов в день, его нервная система находится в постоянном тонусе. Он не отдыхает, не выгружает переживания. Отсюда – плохой сон, раздражительность, тревожность.
Вот «красные» флаги, когда пора к специалисту:
- Ребенок перестал выходить на улицу, общаться с друзьями живьем.
- Вы замечаете резкие смены настроения или агрессию.
- Он плохо спит, жалуется на головные боли, снизилась успеваемость.
- Он говорит о бессмысленности жизни или о том, что никому не нужен.
Кстати, обратите внимание: если у ребенка забрать телефон и у него начинается настоящая паника – это тоже тревожный звоночек. Если вы видите эти признаки,то идите к детскому психологу или психотерапевту. Не ждите, пока «само пройдет». Не пройдет. Только хуже станет.
– Многие пытаются бороться с тревогой через силу воли, внушая себе: «Я сильный, я возьму себя в руки». Почему это бесполезно и даже вредно?
– Потому что тревога – это не недостаток силы воли. Это сигнал в мозге. Представьте, что у вас сломана нога, а вы пытаетесь силой воли заставить ее не болеть. Не получится. Вы просто измучаете себя.
Когда вы давите на тревогу, вы говорите мозгу: «Не смей чувствовать». А он чувствует. И вы вступаете в конфликт с самим собой. Это похоже на попытку удержать мяч под водой – чем сильнее давите, тем сильнее он выскакивает.
Что работает? Не бороться, а перестать бороться. Сказать: «Я сейчас тревожусь. И это нормально. Это просто ощущение. Оно пройдет». Позволить себе бояться – вот что парадоксальным образом снижает тревогу. Потому что вы перестаете тратить энергию на сопротивление и даете мозгу команду: «Все в порядке, мы в безопасности, можно успокоиться».
– Мы движемся к более тревожному обществу или можем развернуть этот процесс?
– Двигаемся. Но это не приговор. Мы движемся к более сложному обществу, и тревога – это плата за сложность. Мы можем развернуть процесс, если, во-первых, научимся говорить о своих чувствах без стыда. Не считать тревогу слабостью. Во-вторых, перестанем путать информированность с перегрузкой и нормализуем информационный детокс. В-третьих, будем учить детей не тому, что «нужно быть сильным», а тому, как распознавать свои эмоции и заботиться о своей психике. Мы не откажемся от технологий, но мы можем изменить отношение к себе. И это реально. Уже сейчас мы видим: люди стали чаще обращаться к психологам. Это первый шаг в нужную сторону.
– Михаил, в конце беседы еще раз вернемся к практике. В каких случаях и как обратиться за помощью к врачу-психиатру?
– Скажу прямо и просто. Вам точно пора к психиатру, когда:
- Тревога не дает вам спать больше недели. Вы просыпаетесь ночью с колотящимся сердцем и не можете уснуть до утра.
- Вы перестали справляться с обычной жизнью. Не можете выйти из дома, боитесь ездить в транспорте, ходить в магазин. Ваш мир сужается до квартиры.
- Вы начали пить успокоительное без рецепта в больших дозах или злоупотребляете алкоголем, чтобы заглушить тревогу.
- Появились мысли о смерти или о том, что вы никому не нужны. Это самый серьезный сигнал.
- Ваше состояние длится месяцами и не проходит от отдыха, прогулок или разговоров с друзьями.
За помощью по поводу тревожных расстройств можно обратиться в районную поликлинику к врачу-психиатру, врачу-психотерапевту и психологу. На прием можно записаться по телефону 55733.
Самое главное – не откладывайте. Не терпите, не мучайте себя. Тревога – это не слабость, это проблема со здоровьем. И она решается.
Угрозы вроде глобального потепления или ИИ – они огромные, медленные, неосязаемые. Мозг не знает, что с ними делать. Он не может на них воздействовать, и это вызывает чувство беспомощности. А беспомощность – это один из главных источников тревоги.
Что делать? Нужно конкретизировать. Замените «климат изменится» на «я поставлю в квартире энергосберегающие лампочки и буду сортировать мусор». Замените «ИИ заменит мою профессию» на «я буду каждую неделю учиться новому, чтобы оставаться нужным специалистом». Как только вы переводите абстрактную угрозу в конкретное действие – мозг успокаивается. Он видит путь решения.
Беседовала
Наталья НЕМКЕВИЧ
